« Oktober 2019 »
Oktober
MoDiMiDoFrSaSo
123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
28293031
Uni-Logo
Sektionen
Sie sind hier: Startseite Feuilleton Das russische Bildungssystem - Chancen, Probleme, Perspektiven
Artikelaktionen

Das russische Bildungssystem - Chancen, Probleme, Perspektiven

BannerFeuilleton

 
Nikandrow   

Николай Дмитриевич Никандров

 

Nikolaj Dmitrievič Nikandrov (*1936) war von 1997 bis Oktober 2013 der Präsident der Russischen Akademie für Bildung in Moskau. 1959 legte er sein Examen an der Philologischen Fakultät der Leningrader Universität ab. In den darauffolgenden Jahren verfasste er Forschungsarbeiten, in denen er die Bildungssysteme Westeuropas und der USA genauer untersuchte. 1973 folgte seine Doktorarbeit zum Thema „Probleme der bürgerlichen Didaktik der höheren Schule“.



In dem vorliegenden Interview berichtet Nikolaj Nikandrov von den Veränderungen, die das russische Bildungssystem in den vergangenen Jahren durchlaufen hat. Er ist der Meinung, dass es der Regierung nicht gelungen sei, die Bildung im heutigen Russland im Vergleich zur Sowjetunion zu verbessern. Bemerkenswert seien zwar die Rede- und Meinungsfreiheit, die nach dem Zerfall der Sowjetunion gewonnen wurden, sowie die Freiheit bezüglich Bildungsinhalten oder bei der Wahl von Fächern. Trotzdem habe aber vor allem die Qualität der Bildung im Zuge dieser Veränderungen stark abgenommen. Heute herrsche in der russischen Gesellschaft ein Dilemma: Auf der einen Seite fordert man eine Verbesserung der Bildungsqualität, auf der anderen Seite eine Verminderung der Zeit und des Arbeitsaufwandes, den jeder Einzelne in seine Ausbildung investiert, was sich laut Nikolaj Nikandrov kaum auf einen Nenner bringen lasse.
Probleme bereite zudem, dass besonders in den 1990er Jahren die Geisteswissenschaften an den Universitäten einen enormen Aufschwung erlebt haben und bis heute die führenden Disziplinen bei den Studierenden stellen. Natürlich seien Studierende der Geisteswissenschaften wichtig, jedoch nicht in solch einer großen Menge, wie sie heute in Russland zu sehen ist. Vielen Studierenden falle es nach dem Studienabschluss schwer, einen ihrer Ausbildung entsprechenden Beruf zu finden. Was der Staat brauche, seien vielmehr Experten im Bereich der Naturwissenschaften.
Auch auf die Bedeutung der Medien geht Nikolaj Nikandrov näher ein. Er selbst hält sie für eine große Errungenschaft, die auch in der Bildung von großem Nutzen seien. Im Bereich der Bildung hält er es für richtig, dass Russland sich seinen eigenen Weg suche, sich dabei dennoch an den Erfahrungen in westeuropäischen, aber auch asiatischen Ländern orientiere.

 

Кристина Гроссехабиг:
Вы уже много лет являетесь действительным членом (академиком) Российской академии образования, с 1997 года до 2013 года Вы даже были её президентом. Значит Вы в одном из самых важных периодов русской истории, т.е. во время перестройки, распада Советского Союза и в 90ых годах, работали в системе высшего образования. Как для Вас прошло это время?

 

Николай Дмитриевич:
Я закончил Ленинградский университет в 1959 г. и в следующий же год я стал преподовать в высшей школе. Это был, если хотите, период рассвета Советская Союза, трудности, которые возникли в Советском Союзе, распад Советского Союза, как Вы его назвали, но и попытки сделать высшее образование в России своим и лучше чем в Советском Союзе. Я могу сказать что сделать высшее образование в России лучше чем образование Советского Союза не удалось. Что-то мы приобрели, конечно, а что-то мы, и очень немало, потеряли.
Что мы приобрели? Приобретена была действительно свобода в самом широком её понимание, т. е. не стало запретных тем ни для учения, ни для чтения, ни для размышления и так далее. Это бесспорно нужно. Соответсвенно и в школе, и в ВУЗе возникло много, что можно было выбирать: выбирать курсы, которые ты изучаешь, выбирать методы, которыми ты преподаёшь. Это всё действительное достижение. А вот если брать качество преподавания, точнее качество обучения в целом, вот здесь конечно прежде всего потери, поскольку те вопросы, которые проводят среди студентов, показывают совершенно однозначно, что студенты раньше (скажем например в моё студенческое время школьники, которые были тогда) знали больше, чем знают современные. Об этом говорят все и то, что я говорю сейчас это в принципе не ново в этом смысле.
Но повторяю, были и приобретения в частности прежде всего связаные со свободой: свобода общения. Скажем, когда я писал свою диссертацию и кандидатскую, докторскую, они были связаны со сравнительной педагогикой и фактически, только уже в конце, когда я написал докторскую диссертацию, в первый раз я поехал за рубеж. Это, конечно, было неестественно. Сейчас очень многие молодые естественно бывают в многих странах и видят всё своими глазами. Это важно.
 
Кристина Гроссехабиг:
Вопросы сравнительной педагогики Вы рассматривали не только в Вашей кандидатской диссертации, но и занимаетесь ими по сей день. В чём, по Вашему мнению, состоят  центральные различия между образованием в Западной Европе и образованием в России? Есть ли преимущества в Западной Европе в сравнении с Россией или наоборот?

 
Николай Дмитриевич:
Я бы отметил, что в современной России некоторое время назад были подписаны документы Болонского процесса и соответственно всё сближается, особенно насчёт содержания образования. Есть например документы о взаимном признании дипломов, не у всех и не везде, но всё-таки они есть.
Если сравнивать не только чисто Западную Европу как целостность, а некоторые страны, возьмите Финляндию. Это не самая большая страна в Западной Европе, но там выбор и в школе и в ВУЗе в общем минимальный, в основном программы одни и те же. Должен  заметить, что как раз при сравнении достижений студентов и школьников Финляндия оказывается на первом месте среди стран Западной Европы.
А если взять ещё шире, не только Западная Европа, не только США, но скажем и Юго-Восточная Азия, я убеждался, что там имеют очень крупные достижения, которые в сравнениях опережают очень многих. Они опережают все западные европейские страны, фактически Финляндию опережают, по уровню усвоения в школе. За то начиная с самого раннего возраста (6-7 лет, когда ребята идут в школу) у них нагрузка (часов 6, как правило, в самых начальных классах). После этого небольшой перерыв, а потом они идут почти во многих странах там в то, что они называют «школа зубрёжки» („cram schools“). Школьники, как говориться, себя не жалеют, и родители их не очень жалеют. А у нас больше говорилось всегда о снижении нагрузки для школьников. Она действительно высока, но меньше, гораздо меньше чем в Юго-Восточной Азии.
Вот возникает вопрос. Требование повысить качество обучения есть, а с другой стороны уменьшать количество времени на обучение. Это очень плохо сочитается.

 
Nikandrow Interviewszene 1
Кристина Гроссехабиг:
Если сравнить образование раньше и сейчас, могли бы ли Вы сказать, что у современных студентов другие интересы насчёт предметов, которые они выбирают?
 
Николай Дмитриевич:
Этот вопрос можно рассматрмиваить по-разному. Во-первых можно рассматривать вопрос по каким профилям, по каким специальностям студенты предпочитают обучаться. И вот уже за многие годы (чисто российская последняя история - 90ые годы) сложилось противоречие. Нам нужно больше и больше специалистов по физики, математики, химии, по естественным научным дисциплинам. В то же время, благодаря соответствующей конкретной работе по пропаганде, как раз общественные, гуманитарные дисциплины. Всё больше и больше студентов шли до последнего времени на гуманитарную специальность. Эта проблема усугублялась. Нам не нужно как государству такое количества людей, которые занимаются литературой, историей и прочими гуманитарными сугубо дисциплинами. Они важны, но их не нужно так много. Получается тогда, что они после университета, после другого учебного заведения не могут найти сразу работу или вообще не находят работу по специальности и занимаются всеми другими делами. Проблема для молодых специалистов - она и в Европе серьёзна, но и у нас серьёзна.
 
Кристина Гроссехабиг:
Сегодня не только СМИ, но тоже другие компьютерные технологии имеют большое влияние на нашу жизнь. Насколько сильно способствует развитие технической инфраструктуры улучшению системы образования?
 
Николай Дмитриевич:
Здесь у меня конечно вполне оптимистический взгляд. Это великое достижение современное. Конечно, как всякий прогресс он имеет свои отрицательные стороны. Статистика, например, показывает что особенно совсем молодые школьники в значительной мере используют компьютеры именно для игровых целей. Но важно то, что сейчас компьютер предоставляет такие возможности, которых не было никогда. Если раньше например я задался каким-то вопросом, я должен был идти в библиотеку и искать литературу. Но не всегда я мог её найти.  Возьму энциклопедию и вижу, что она была издана 20 лет назад, новой энциклопедии нет - значит я заранее знаю, что на свой вопрос я там не найду ответа. Сейчас я открываю «Google» или «Яндекс» и найду практически всё. Это великое дело. И конечно, если совсем не много лет назад в России мы отставали по компьютерным технологиям, то сейчас уже такого отставания практически нет. Во всех школах компьютеры есть в большинстве, по крайней мере в большинстве семей есть какие-то компьютеры, вполне прогрессивные или средние по качеству, но это развивается, это конечно меняет образование. Теперь уже точно, учитель не является основным источником информации, но и вполне естественен такой случай, когда школьник интересуется какой-то проблемой, знает по ней больше чем учитель соответствующей специальности. Такое тоже бывает. Так что это хорошо.
 
Кристина Гроссехабиг:
Важный вопрос для России почти на протяжении всей её истории — это вопрос или даже спор о роли России между западом и востоком. Что Вы думаете? Должна ли система образования в России ориентироваться на запад или скорее всего найти свою самостоятельную дорогу?
 
Николай Дмитриевич:
Я думаю, что Россия должна найти свою самостоятельную дорогу беря лучшее и на востоке и на западе. Конечно более всего заметно то, что мы берём западные технологии. Я имею в виду в образовании, не в технике. Я думаю, что нам нужно искать свой путь, именно учитывая наше срединное положение. Но для большинства, конечно, и в частности по причине языкового барьера всё же ближе Запад, чем Восток. Выучить немецкий или английский или французский гораздо проще, чем выучиться какой-то восточный язык. Это уже определяет во многом направление заимствования. Так ли это будет всегда - трудно сказать. Конечно в этом образовательном смысле очень уступает Китай, вообще страны Азии, но пока что заимствование конечно больше идёт из западных стран.



 Kristina Großehabig

Official Partner
Bayerische Staatsbibliothek
Bayerische Staatsbibliothek

Banner Koch Metschnikow Forum
Koch Metschnikow Forum

Logo Polnische Filmquellen

Polnische Filmquellen

National Film Archive Warsaw


auf Twitter
Kontakt

Tel.:  +49-761-203-3435
Fax: +49-761-203-9190
Mail: kontakt@osteuropakanal.uni-freiburg.de

 

Impressum

___________________

Albert-Ludwigs-Universität Freiburg
OSTEUROPAKANAL
Rempartstraße 15
Kollegiengebäude IV
79085 Freiburg im Breisgau
Deutschland
___________________
 


Größere Kartenansicht

___________________

 

Benutzerspezifische Werkzeuge